b5e5c8df

Журлаков Денис - Звезда Ишаков



Денис Журлаков
Звезда ишаков
Леoниду Каганову
посвящается. ;-)
-Hу! Hу, спесивое животное! Да как же это можно быть таким упрямым?!-
Красивое лицо Фатимы передернула гримаса отвращения.- О, Аллах, помоги
же мне достучаться до этого ишака!- воскликнула она и с утроенной силой
уперлась в жирный бок мужа.- Вставай, о несчастный!
Ибрагим заворочался и забормотал что-то неразборчивое. Женщина с
удовлетворением отметила прогресс в своем нелегком деле и принялась
развивать успех. Через некоторое время ее усилия увенчались полной и
безоговорочной победой - Ибрагим окончательно проснулся и теперь сидел
на краю дивана, обхватив тяжелую похмельную голову волосатыми руками и
разглядывал свои не менее волосатые ноги.
Аллах жестоко наказывал Ибрагима за неуемную любовь к алкоголю и каждый
раз после горячих ночных буйств награждал его сильнейшей головной болью,
заставляя глубоко раскаиваться. Обычно в такие дни Ибрагим предпочитал
отсидеться в тени собственного фруктового садика и под тихое журчание ручья
посокрушаться своей нелегкой доле и посетовать на злую судьбу. Hо
сегодняшний день сулил совсем иное - Ибрагиму предстоял долгий путь
через перевал, пройти который предстояло под палящим солнцем и тяжелая,
горящая адским огнем голова отзывалась тупой болью на любую мысль о
грядущем переходе. Hо и не идти было нельзя, и без того ворчливая жена
просто сжила бы его со света - видите-ли, у одной из ее тетушек, живущих
на той стороне горной гряды, за плато, завтра день рождения и по
сложившейся за много лет совместной жизни традиции Ибрагим должен был
доставить ей мешок отборных фруктов. Уже через полчаса, засунув в рот
наскоро обмазанную маслом лепешку и запив ее чаем, он вышел за ворота.
-Hу, спесивое животное! Hу!- Ибрагим что было сил колотил своего ишака по
крупу и тянул повод, но тот лишь сильнее упирался.- Hу!
День клонился к закату и животное, похоже, чувствовало близкий привал,
однако хозяин тянул его дальше. Ибрагим хотел во что бы то ни стало
добраться засветло до плато и устроиться на ночевку там, что бы с утра
свежим и отдохнувшим пуститься по тропе вниз.
Внезапно его нос уловил запах костра и жарившегося на нем мяса. Ишак снова
встал и, подняв голову, закричал. Ибрагим привычно разразился ругательствами,
но уже не так уверенно. Впереди стоял низенький человек (судя по всему
узбек) в цветастом халате и хитро улыбаясь смотрел на путника.
-Салям алейкум, добрый человек,- крикнул он, непереставая улыбаться.- Куда
путь держите?
-В Баджгиран,- ответил Ибрагим, не понимая, радоваться случайному
знакомству или огорчаться.- Везу фруктов из своего сада на праздник
рождения одной знатной женщины.
-Темнеет уже, не добраться вам к ночи до плато, а дорога по перевалу трудна
и опасна, оставайтесь со мной, а на рассвете уже и двинете дальше.
Ибрагим в очередной раз обругал себя за вчерашнее пьянство, а своего ишака
за упрямство и согласился. Свалив мешок на землю Ибрагим вынул из него
фрукты и воду, после чего, напоив животное, подсел к костру. Мясо только
что убитого джейрана аппетитно румянилось над огнем, расплавленный жир
с шипением капал в пламя, вырывая из него снопы искр. Ароматный дым
струился в уже почерневшее небо, серые снежинки сажи устремлялись за ним и
терялись среди россыпи мигающих звезд. Ибрагим провожал их взглядом. Между
ним и его случайным знакомым потекла незатейливая беседа, изредка
перебиваемая криками ишака.
-Вот проклятое животное,- выругался Ибрагим после очередной "трели". Его



Назад