b5e5c8df

Загребельный Павел - Страсти (Роксолана, Книга 2)



Павел Архипович ЗАГРЕБЕЛЬНЫЙ
РОКСОЛАНА
Исторический роман
Книга вторая
СТРАСТИ
________________________________________________________________
ОГЛАВЛЕНИЕ:
КРОВЬ
БАРАБАНЫ
ПЯТЕРИЦА
СТОЛПЫ
РУИНЫ
ЧУЖЕЗЕМЦЫ
РУСТЕМ
ПОЖАР
БАЙДА
ЗАКОНЫ
ДАМАТ
МЕХМЕД
КРУГ
МУСТАФА
ДЖИХАНГИР
БАЯЗИД
ДЬЯВОЛЫ
ВСТРЕЧА
ЗАГОВОР
СЛУЧАЙНОСТИ
ОТМЩЕНИЕ
СЕЛИМ
ДНЕПР
ВРЕМЯ
КАМЕНЬ
ЛАНЬ
УТЕШЕНИЕ ИСТОРИЕЙ. Авторское послесловие
________________________________________________________________
КРОВЬ
От Ибрагима не осталось ничего, даже его любимых зеркал. Хатиджа не
захотела взять ни одного, ибо каждое из них как бы хранило в своих
таинственных глубинах бледное отражение того, кто опозорил ее царский род.
Султанские эмины, которым велено было забрать имущество бывшего великого
визиря в государственную сокровищницу, проявили интерес только к
драгоценным оправам. Даже янычары, расположившись во дворце Ибрагима,
вопреки своим привычкам, не стали бить зеркал, правда, не из суеверия, а
скорее из трезвого расчета, потому что все это добро можно было отправить
на Бедестан и распродать там хотя и за полцены, но все же получить при
этом пользу большую, чем от вдребезги разбитого стекла.
Неожиданно из-за моря приплыло еще одно зеркало для Ибрагима. Уже для
мертвого. У стамбульских причалов всегда было много зевак, которые
встречали каждое судно так, будто надеялись, что оно принесет им
счастливую судьбу. Посылал туда своих людей и Гасан-ага, желая без
промедления получать вести, прилетающие с морскими ветрами. Вот так один
из его Гасанов и узнал: на только что прибывшем венецианском барке
привезено в дар Ибрагиму огромное зеркало. На этом барке приплыл в Стамбул
посланный самим дожем Венеции Андреа Грити прославленный художник Вечеллио
с несколькими своими учениками. Дож прислал своего любимого художника по
просьбе сына Луиджи Грити, еще не зная о том, что сын его уже мертв, точно
так же, как не знал о смерти великого визиря Ибрагима тот, кто посылал ему
в дар редкостное зеркало.
Собственно, об этом зеркале и о художнике Гасан-ага немедленно
известил свою повелительницу, опережая даже вездесущих султанских улаков -
доносчиков. Он переслал Роксолане краткое письмо и уже в тот же день
получил от султанши повеление взять с барка зеркало и передать гаремным
евнухам, чтобы те поставили его в кьёшк Гюльхане, обновленный Сулейманом
для своей любимой жены во время ее последней болезни. О художнике
Роксолана не упоминала, не интересовалась и тем, кто прислал Ибрагиму
зеркало, но Гасан-ага и так знал, что когда-нибудь она может спросить и
поинтересоваться, ибо была не только султаншей, а прежде всего женщиной -
капризной, непонятной и загадочной. Потому он должен был собирать сведения
и об этом.
Зеркало было роскошное. Огромное, на полстены, в тяжелой золоченой
раме, вверху у нее был вид стрельчатой арки, на которой летели два
улыбающихся золотых ангелочка с оливковыми ветвями в руках. Кому принесут
они желанный мир и принесут ли?
Зеркало украсило зал приемов в Гюльхане. Оно понравилось самому
султану, но и Сулейман проявил сдержанность, достойную властелина, не
спросив даже, откуда оно. Роксолана сказала ему о художнике, присланном
дожем Венеции.
- Я уже знаю. Это Луиджи Грити попросил своего отца. Хотел, чтобы
было как при великом Мехмеде Фатихе, когда Венеция тоже присылала в
Стамбул своего самого знаменитого художника. Даже мертвый Грити оказывает
мне услуги. Я обязан отомстить за его смерть, подобающим образом наказав



Назад